13:21 

Update. 10.

Тайо
Мяу, высказанное словами, не есть истинное мяу.
Название: Уже не сказка.
Автор: Тайо
Фандом: Yuri!!! on Ice, АУ
Рейтинг: R.
Жанр: hurt|comfort, BDSM, слеш, ангст, психология, всего намешано
Персонажи/пейринг: ОМП (Стефан Ланге) / Георгий Попович, Кристоф Джакометти/Георгий Попович, Виктор Никифоров, Мила Бабичева
Саммари: Георгий приходит в себя в незнакомом месте, вспоминая о себе лишь имя – и не узнает в зеркале свое лицо. Чужие люди, странные правила и, кажется, даже страна…
Продолжение фанфика "Сказка для взрослых" lostalvar.diary.ru/p212322318.htm
Части 1, 2 - lostalvar.diary.ru/p212327674.htm
Часть 3, 4 - lostalvar.diary.ru/p212341693.htm
Часть 5, 6 - lostalvar.diary.ru/p212362952.htm
Часть 7, 8 - lostalvar.diary.ru/p212376617.htm
Примечание: Доминанта этой части: Стефану интересно, Стефан начинает разбираться с тем, что его заинтересовало. Не создан "красивый русский мальчик" для мирной жизни... а Стефан и учит. Используя на всю катушку и стокгольмский синдром, и любопытство "ученика", и покладистость, в которой без наркотика не обошлось...

Не дали спокойно спать идеи про АУ с героями, задействованными в порно-съемках, и четыре секунды появления статиста в клипе. Подборка со скриншотами: lostalvar.diary.ru/p212321970.htm По умолчанию, курсивом выделено то, что Георгий не понимает - то, что произнесено на французском. Переход с русского на английский литературно обыгран, оба языка он понимает. Слишком сильный вролинг. Слишком люблю Стефана Ланге. Если что, в не-дарк!сайде он в фанфиках "Алмазный британец" (ficbook.net/readfic/4852602) и "Новогодняя сказка" (ficbook.net/readfic/4917398)

«Забирать свое» оказывается на деле не таким уж и страшным. Георгия Стефан привозит вновь на «свою» территорию, повторяет про запрет выходить из дому.
- Я вас понял, - кивает Георгий. – Что-нибудь еще?
Такое странное подвешенное состояние.
- Если хочешь, посмотри телевизор. Не мешай мне до вечера, лучше – не показывайся на глаза.
Георгий снова понятливо кивает.
- Если можно, я хотел бы остаться… на втором этаже… мансарда? Очень нравится. Вы позволите?
Стефан коротко пожимает плечами.
- Где угодно. Не шуми, не мешай мне. Сейчас это действительно важно.
- Я вас понял.
Совсем несложное задание. Особенно когда на подоконнике так удобно сидеть. И смотреть на негустую лесопосадку. Так по-домашнему. Наверное, он этим у Милы и Виктора заразился – вокруг буря, вокруг шторм, а он играет сам с собой в мирную жизнь, в совершенно будничный день. Так действительно намного легче.
На подоконник он даже ложится, любуясь, как закат расписывает небо и перистые облака. Закрывает глаза. Кажется – совсем ненадолго… а получается – открывает уже в темноте. Неужели действительно заснул? Когда ему вообще было так спокойно в последний раз?
«Когда ты тут спал после своих выпрошенных экспериментов с воском», - услужливо и ехидно подсказывает память. Не то, чтобы Георгий не рад подсказке…
Если стемнело – уже может считаться, что наступил вечер? Все же он немного голоден.
Стефан обнаруживается в одной из угловых комнат на первом этаже – включенная плазма, наушники, ноутбук и планшет. На ноутбуке и плазме – весьма откровенное видео, на планшете – что-то текстовое.
- Вы все еще заняты? – негромко интересуется Георгий от входа. Никакой реакции. – Вы меня не слышите…
Самое удивительное, что Стефан практически никак не реагирует на то, что к нему подходят и садятся на край кровати, поперек которой он и лежит. Может быть, видел отражение на экране ноутбука?..
«Не видел!» - понимает Георгий секундой спустя, когда мужчина поднимает голову, сдвигая наушники. Короткий недоуменный взгляд – и кивок. То ли разрешение, то ли…
- Вы сказали – не беспокоить вас до вечера, - перечисляет Георгий. – Не шуметь, не показываться вам на глаза. Не мешать.
- Верно.
- Мое присутствие все еще мешает вам?
Стефан, наконец, улыбается, словно вспоминая про ту модель поведения, которую в машине обозначил как «социальный протокол».
- Уже давно нет. Соскучился?
Интересно, на этот вопрос есть правильный ответ? Или в случае со Стефаном правильный – это максимально честный?
- Наверное, нет. Я… уснул. Наверху. Ничего?
- Твоя нормальная защитная реакция при перегрузке. Стало лучше?
Становится совсем спокойно.
- Сейчас хорошо.
- Хм. Нет информационной перегрузки… эмоциональной тоже, - рассеянно снимает наушники Стефан. – Не в обиду, Джордж, - мне крайне интересно.
- Если бы я мог… рассказать вам что-то, что вы хотели бы знать… только не знаю, что именно.
- Об этом не волнуйся. Когда мне станет необходимо – я спрошу. Подожди еще немного.
Действительно, он же не может бросить работу мгновенно. На экран плазмы Георгий не смотрит, зато укладывается рядом, жмурясь на неяркий свет планшета. Интересно, что Стефан делает? Проверяет материал на соответствие сценарию?..
…и когда Георгий сам стал думать в таких категориях, да еще и настолько цинично?
Видео гаснет, на экране ноутбука остается заставка в виде рунического узора.
- Происходящее на видео тебя не смущает. Ты не смотришь, но не потому, что неприятно.
- Неинтересно.
- Верная характеристика.
По виску рассеянно проводят костяшками пальцев. Потом – по скуле, по подбородку. Привычно уже настолько, что Георгий закрывает глаза и непроизвольно приподнимает уголки губ в улыбке. Если бы можно было, он остался бы вот так… очень надолго.
- Поговорим немного?
Лучше бы помолчать. Пока так спокойно.
- Как пожелаете.
- Если бы я сейчас пожелал от тебя чего-то большего, ты отказал бы? Или вынудил себя согласиться? Или – как ты выразился – я нравлюсь тебе вопреки знанию про профиль моих занятий?
- Первое – точно нет.
Стефан тихо посмеивается. Обводит затянутыми в кожу пальцами по контуру губ. Щекотно. И от перчаток пахнет… кофе и оружейной смазкой. И это нравится очень остро. Настолько, что, желая уловить запах сильнее, Георгий втягивает воздух, слегка приоткрывая губы.
- Такой жест можно расценивать как приглашение, ты осведомлен об этом?
Через секунду он сглатывает. Облизывается. И позволяет себе чуть более широкую улыбку.
- Теперь да.
- И что же теперь?
Почему-то Стефан намеренно давит на него и дает почувствовать – он специально, он проверяет. Вот только – что именно?..
- Я попробую последовать за вами, если вы подскажете, что нужно делать.
На губы перестают давить.
- Неожиданный ответ, признаю.
В груди обрывается какая-то сдерживающая струна, Георгию неумолимо хочется… схулиганить.
- И что же теперь? – возвращает он вопрос. – Как вам это?..
Стефан смеется. Несильно щелкает по кончику носа. Вообще не больно, даже нет желания открывать глаза.
- Молодец, - хвалит его мужчина. – Ты умеешь перехватывать инициативу. Что ж, отвечаю – пока что ничего. Мне нужно больше информации о тех границах, которые ты можешь себе позволить. Или тех, которые тебе нужны. Как мне?.. Немного сложнее. Мне хочется действовать несколько более… расширенным арсеналом. Но я все еще сомневаюсь в том, насколько на тебя повлиял наркотик. И не желаю позволить себе даже шанса на небрежность.
- На данный момент я могу вам чем-то помочь?
- Вполне. Опиши свое состояние.
Какое-то время Георгий молчит.
- Физически… комфортно. Мне не хочется открывать глаза. Не потому, что свет… мне так проще сосредоточиться на вашем голосе.
- Так тебя все-таки заинтересовала частичная депривация… дальше.
- Спокойно. М… не так, чтобы уснуть. Наоборот. Можно честно?
- Конечно.
- Мне хочется вас подразнить.
- О, как необычно. Что-то еще?
- Нет, ничего. Просто хорошо.
Стефан неожиданно долго молчит.
- Хорошо настолько, что не хочется ничего больше, и ничего меньше?
- Да, вы верно описываете.
- Хм.
Он все же открывает глаза, вопросительно заглядывая собеседнику в лицо.
- Это что-то значит?
- Это значит, что я нашел, где тот уровень, за которым у тебя наступает перегрузка. И, признаться, я удивлен.
- Расстроил вас?
- Не перевирай услышанное, - несильно хлопают по губам. – Удивлен. Очень низкий порог восприятия. Причем, подозреваю… в эмоциональном плане картина будет аналогичной.
- Не все понимаю.
- Тактильный, чувствительный, ранимый, возможно – обидчивый или импульсивный, сейчас не могу оценить. При всем том, что ты очень неплохой снайпер. И это – показатель очень высокого интервала самоконтроля.
- Нужно время, чтобы осознать.
Стефан ухмыляется коротко и вполне искренне – жестко, быстро, торжествующе.
- Еще одно. До перегрузки не доведу?
- М… пожалуй, что нет. Вы аккуратнее… - «даже Виктора», хочется сказать Георгию. Но неизвестно, как Стефан отреагирует на упоминание отсутствующего здесь «принца». Про это нельзя сплетничать. Этот урок он уже усвоил. - Аккуратнее всех остальных. Все нормально… сказать на итальянском?
- Нет, достаточно этого, - его тормошат чуть сильнее. – Просыпайся. Пройдись к принтеру…
В принтере – несколько распечатанных листов. Георгий забирает их, приносит, не глядя.
- Ты можешь прочитать.
Банковский перевод, точнее, его подтверждение. Криво отсканированный документ… с подписью Якова Фельцмана?!
- Стефан…
- Я очень настойчивый. Оригинал он мне утром обещал… обозначим это так, очень настойчиво отдать, чтобы мне завтракалось без аппетита с моей повышенной ночной активностью.
- Стефан, но если я правильно понимаю… меня ничего больше с ним не связывает?
Кажется, это самая вежливая формулировка, которую он еще может произнести вслух и не похолодеть.
- Правильно понимаешь. Ты принадлежишь мне. Официально.
По загривку ползет холодок. Неприятный. Непонятный.
- Стефан, я вам солгал, кажется.
- Хм?.. Тогда исправляйся.
Георгий откладывает распечатки преувеличенно аккуратно, как немного нетрезвый человек, старающийся контролировать каждое движение. Смеется, зажимая себе рот ладонью.
- Кажется, я вам солгал, - произносит он еще раз, почти по слогам. Такая смешная фраза. – Кажется, вы были правы. Если я себя веду неадекватно – это перегрузка, я правильно понимаю?
Стефан собирает бумаги, выключает ноутбук. И вообще не единым жестом не реагирует на откровенно истеричные смешки рядом.
- Совершенно верно. Подождать, пока ты отсмеешься?
Георгий запрокидывает голову, прикусывая костяшки пальцев. Да, в общем, и ждать не нужно. Почти все.
- Если вам не сложно.
Стефан только плечами пожимает.
Конечно. Ему же интересно. Два способа привлечь внимание…
И Георгий намертво попадает под один из них.

- Единственное, чего я пока не понимаю… почему всему этому тебя не учил Виктор.
Георгий только плечами пожимает. Скорее всего, вопрос риторический, хотя Стефан, вроде, и не имеет привычки разговаривать вслух сам с собой. Зато он довольно много разговаривает со своим новым приобретением. «Очень много», - поправляет сам себя Георгий, не привыкший к такому количеству внимания. Разве что от Кристофа, но Кристоф – это соблазн, это флирт, это непрекращающаяся подначка, иногда самого Георгия, иногда – всех окружающих.
Стефан – это информация. Это черная лава.
- Я не знаю, - вздыхает Георгий. Просто ради того, чтобы что-то сказать. Чтобы показать, что он слушает.
Еще Стефан позволяет невозбранно себя трогать. Как угодно. Пока что Георгий не натолкнулся даже на короткое порицание или предупреждение – можно обводить кончиками пальцев край кожаной перчатки на запястье, можно трогать ключицы под тонкой водолазкой. Хочется еще – обнять. Как после прогулки, со спины, чувствовать, как он двигается, не обращая внимания на объятия, утыкаться губами в шов… только Георгий всерьез опасается, что после такой попытки его точно одернут. Вот только разве не более откровенным ли действием является то, что он делает сейчас?
Сидит. Слушает. Отвечает иногда. Да, нет, иногда, нет, никогда… не знаю.
Сидит на коленях у Стефана. Верхом. Неправда, это не его инициатива. Он просто уже привык ходить за мужчиной по комнатам. Не мешать, не привлекать к себе внимания.
- Нужно присутствие? – интересуется Стефан, когда приобретение в очередной раз появляется на пороге, медлит и старательно незаметно проходит, устраиваясь в уголке. Иногда на диване. Иногда на широком подоконнике.
Георгий поднимает голову, обдумывает вопрос.
- Не могу ответить. Невыносимо… одному. Мешаю?
- Нет. Оставайся. Позже пообщаюсь с тобой.
«Пообщаюсь» в данном конкретном случае вылилось в предложение «устраиваться» рядом (диван вместо подоконника, ни хуже, ни лучше), разрешение смотреть за тем, как быстро набирается текст – на немецком, впрочем, Георгию было все равно, на каком языке работает Стефан – и в итоге отложенный планшет.
- Ближе, - предложили Георгию. Приглашающий такой жест. Конечно, предложением он не замедлил воспользоваться – пересел ближе, все так же, с втянутыми на диван ногами, лицом к собеседнику и спиной к краю дивана. – Тебя сейчас легко столкнуть.
- Но вы же не станете?
- Нет.
Удовольствие от того, как плечи поочередно разминают, довольно своеобразное. Все равно тянет прикрыть глаза. Почему бы не последовать желанию?
- Потрясающе.
Он чуть приподнимает уголки губ – показывает, что слушает. Только не хочется открывать глаза.
- Хочешь ко мне на руки?
Георгий встряхивает головой, неуверенный в том, что верно понял вопрос.
- Повторите. Я не…
- Садись, - предлагает Стефан, хлопает по колену.
- Я… тяжелый.
- Единственное, что тебя беспокоит?
Он снова обдумывает.
- Если вы предлагаете… значит, для вас это приемлемо. Значит, должно быть приемлемо и для меня. Наверное, да… единственное.
- Потрясающе, - короткий смешок Георгия радует. – И все же. Сядешь?
Он и перебирается. Аккуратно, опасаясь как-то не так надавить или навалиться всем весом. Садится боком – это не так удобно, как сидеть рядом на диване, но Стефана это очевидным образом развлекает.
- Удобно?
- М… не очень. Но вам весело, это компенсирует. Ничего, что такая формулировка?
- Ничего. Подсказать?
- Конечно, - охотно соглашается Георгий.
- Не боком. Верхом.
- Но… оум…
Ему кажется это очень… интимным? Развратным? Он же не девушка, в конце концов.
Он же уже привык к порно-съемкам, в конце концов. А, да. Своеобразная эротика, вот как это называется.
Опираться на спинку дивана не очень удобно. А вот у Стефана усмешка и весьма заинтересованное выражение.
- На плечи. Удобнее же будет, Джордж.
- М… - действительно удобнее. Хотя он тут же старательно убирает руку. – Тяжело было?
- Потрясающе, насколько ты тактичный и корректный. Джордж, пока я предлагаю и подсказываю, как именно можно что-то выполнить, не сомневайся.
- Я вас понял.
- Теперь удобно?
«Стыдно», - хочется ответить Георгию, но он ограничивается кивком.
- Эм… странно.
- Правила все такие же. Следишь за своим состоянием, если становится неприятно – сообщаешь.
- О, конечно. А какой сюжет?..
Стефан смеется, откидывая голову.
- Не съемка, что ты. Мне интересны границы. Никакого сюжета. Просто поговорим.
Георгию это кажется чем-то более сложным, чем требование отыграть на площадке перед камерой какую-то сценку.
- А о чем вы хотите поговорить?
По плечам снова оглаживают, только на сей раз продлевают прикосновение до талии, потом – до бедер, Георгию смешно и в смешке откровенно нервный оттенок.
- Слишком? Стоп?
- Нет, нет. Просто… вы как будто соблазняете меня. Так смешно… не могу объяснить, почему.
- А если бы соблазнял?
- М… зря.
Стефан приподнимает брови.
- Действительно зря? Надо же…
Хочется поддразнивать. Кажется, обычно Стефан такие небольшие вольности позволяет. Георгий опирается основанием ладоней на его бедро и слегка хмурится в ответ.
- Зачем делать двойную работу?
Ему нравится, когда Стефан смеется. И когда небрежно тормошит по макушке, пропуская короткие прядки меж пальцев. Мила иногда садилась рядом и гладила… почти так же… только дольше, пока он не засыпал.
- Попробуешь закрыть глаза? Тебе явно нравится этот элемент депривации. Правила те же. Но постарайся не открывать, так, как будто у тебя на глазах шарф или плотная повязка.
Георгий охотно кивает и зажмуривается. Потом старательно расслабляет веки – интересно, Стефану смешно за всей это мимикой наблюдать?
- Мне интересно знать, как ты будешь воспринимать происходящее. Можешь говорить или реагировать, как угодно.
- М… хорошо.
По бедрам вырисовывают какие-то странные узоры. Это смешно, это немного щекотно, это вынуждает непроизвольно приподняться в попытке устроиться поудобнее. Его почти сразу придерживают, и это очень кстати – из-за закрытых глаз Георгий пошатывается. Замирает, опускается обратно. Прижимает к губам костяшки пальцев, неуверенно улыбаясь.
- Забавно. Руны… вы рисовали руны? Как у вас на заставке ноутбука?
- Не совсем. Было похоже?
- Вы сказали, можно говорить все, что угодно.
- Абсолютно верно. Ассоциации – это крайне интересно.
- Продолжим?
Он кивает, трогает кончиком языка верхнюю губу. Ловит себя на жесте, морщит нос. С ним играют, его изучают, а у него… как это называл Кристоф… предвкушение? Но все равно забавно, приятно даже.
- Мне кажется, что звуки… громче. У вас ноутбук… работает. И я слышу, как вы смеетесь.
- Надо же. Что еще?
- Что еще слышу?
- Скорее, что чувствуешь.
- Мне нравится, - почти не раздумывая, улыбается Георгий. – Вы аккуратный.
- Именно это нравится?
А теперь ответ приходится обдумать.
- Да. Еще нравится, что разговариваете.
- С тобой кто-то был неаккуратен во время съемок?
Он встряхивает головой.
- Нет, но… мной постоянно был недовольны. М… подождите, понял. Вы меня не торопите, не злитесь. Спрашиваете. Подсказываете.
Стефан какое-то время молчит, продолжая поглаживать по боку. А Георгий себя ловит на том, что ему в кои-то веки не тревожно от чужого молчания.
- То есть нужен постоянный контакт… и тут же ты мне выдал реакцию на перегрузку во время съемок.
- М… прошу прощения?..
- Нет, рассуждаю вслух, - несильно хлопают его по боку. – Если бы что-то подобное нужно было сделать перед камерой – с завязанными глазами – справился бы? Или перегрузка?
- С вами?
- Предположим.
- Да, конечно. Привык.
- С кем-то еще?
- Если бы вы сказали, что… не будет происходить ничего… ммм… мне неизвестного?
- Предположим.
- Скорее всего, да.
- Если бы не сказал?
Становится слегка неуютно.
- Вряд ли. Прошу прощения.
- Интересный акцент… Джордж, в порядке эксперимента. Готов?
- М… что-то резкое?
- Нет.
- Хорошо, давайте.
Все равно он тревожно облизывается.
- Представь, что ты в подобной ситуации на площадке. Глаза завязаны, твой партнер тебе незнаком… и он с тобой не разговаривает. Но попытался бы тебя раздеть – снять футболку, в данном случае.
Георгий ежится, как от сквозняка.
- У меня нет причин быть против?.. – получается как-то неуверенно и полувопросительно.
- Если бы это сейчас пожелал сделать я?
- Да, конечно.
- Тогда раздевайся, красавец.
Он даже с охотой тянет ткань вверх, стаскивает через голову, откладывает в сторону, кажется, на подлокотник.
Все равно между ним и Стефаном – дистанция. Нет футболки, зато есть кожаные перчатки, черные, он всегда носит черные, иногда шипованые или проклепанные. И в том, как прикасаются – ничего неприятного.
- Странно, но… эм. Нормально?..
- При ранее озвученных условиях тебе бы сказали, что с тобой будут обращаться аналогичным образом.
- Скорее всего… всё нормально.
Стефан как-то очень весело фыркает и возвращает ему в руки футболку.
- Можешь открыть глаза.
«А можешь не открывать», - дополняет про себя Георгий и сначала одевается, потом неохотно выполняет распоряжение.
- Выяснили что-то интересное?
- Любопытный какой, - но это звучит совсем без осуждения. Так что он оживленно кивает и слегка жмурится – освещение в комнате кажется очень ярким, глаза привыкают постепенно. – Так интересно?
- Да, очень. М… Стефан…
- Хм?
- А могу я к вам прикоснуться?
И без того черные глаза приобретают удивительно глубокий оттенок. Затягивает.
- Конечно.
- Простите, - все же считает нужным объясниться Георгий. Слегка наклоняется вперед, обводит ключицы под водолазкой. – Мне действительно хочется… сделать что-то в ответ. Наверное, Кристоф так приучил? Не могу объяснить.
- Или сам такой любопытный.
- Тоже может быть.
Со Стефаном ему хочется улыбаться даже чаще, чем с Милой и Виктором. Слегка шокирующее открытие.
- Если тебе знакома ситуация, ты не волнуешься. Или рассчитываешь на то, что не будешь волноваться. Верно?
Хочется наклониться сильнее, обнять, растормошить Стефану прическу. У него волосы длиннее, он явно их не укладывает, выглядит слегка небрежно. Слегка. Георгию хочется растрепать еще сильнее. А ограничивается он тем, что перебирает пряди за ухом – Стефан не против, посмеивается.
- Единственное, чего я пока не понимаю… почему всему этому тебя не учил Виктор.
- Я не знаю, - вздыхает Георгий. Проводит от виска к затылку еще раз. – Прошу прощения. Не слишком нагло?
- Нет, что ты. Помнишь? Пока позволяю или подсказываю - не сомневайся.
- Хорошо, не буду.
Если его и дальше будут так учить, он совершенно не против. И к черту всё остальное, ладно?

Более 80% информации об окружающем мире человек получает с помощью зрения. А если зрения… нет? Обостряются все остальные органы чувств. И это так необычно и забавно, что не может не привлекать. Особенно когда лишение зрения – это всего-то два слова от Стефана: «Закрой глаза». Георгий так и не спросил, сколько в итоге он просидел с закрытыми глазами у мужчины на коленях, позволяя к себе прикасаться и с интересом прислушиваясь к изменившимся ощущениям. Вот, например, много ли людей обращало внимание, что ноутбук может шуметь по-разному?.. И на звуке голоса Стефана сосредоточиться так гораздо проще. Если бы Георгий знал про этот эффект раньше… может быть, он бы закрывал глаза, когда ему пытались объяснить перед съемками, что от него хотят? И тогда слышал бы?..
Впрочем, история сослагательного наклонения не терпит.
Стефан назвал это «частичной сенсорной депривацией». Хотя при этом посмеивался так, что возникали сильные подозрения в искажении термина.
С другой стороны, Стефан - и искажение информации?..
Георгий прислушивается к шагам в коридоре. В который раз уже за день закрывает глаза, стараясь сосредоточиться на звуке.
- Обычные ботинки, - произносит он вместо приветствия, и от улыбки удержаться не может. – Верно?
- Хм. Верно. И тебе доброго вечера… - озадаченно соглашается с ним хозяин дома, по которому можно ходить невозбранно, нельзя только выходить, наверное, нельзя и обыскивать, но Георгий и не пытается. – К чему вопрос?
- Угадываю по звуку шагов. Стараюсь. Ммм… вы куртку не сняли еще.
- Верно, - Стефан все же обходит его, негромко хмыкает, оценив закрытые глаза собеседника. – Развлекаешься?
- Изучаю. Когда нет зрения, звуки громче. И все остальное… не искажается, но… меняется.
- Тебя все-таки привлекает сенсорная депривация. Хорошо… что еще?
Вслед за шагами Георгий поворачивает голову.
- Что еще привлекает?
- Нет. Что еще можешь мне сказать, не открывая глаз?
Улыбка становится шире – все-таки как ему нравится, когда от мужчины не следует неодобрения! Наоборот, задачу поставил… задачу, которую интересно решать.
- Ммм. Вы не любите курить, но немного пахнет сигаретным дымом. И еще чем-то… не могу понять. Острое. И трава.
Стефан смеется. Коротко. Необидно.
- Увлеченный у меня ученик. Почему на полу-то сидишь?
Вообще-то не совсем на полу. На ковровом покрытии, опираясь локтями о низкий столик рядом с диваном.
- Нравится.
- Вот как.
Все-таки он открывает глаза, жмурится на усевшегося в кресло Стефана. Кем надо быть, чтобы оставлять уже второй раз почти на весь день одного, даже без формального присмотра, не запрещая перемещение по всему дому?.. Или у Стефана везде камеры с высоким разрешением.
- Чем еще занимался?
Георгий задумчиво трет переносицу. И честно сознается:
- Глупостями.
- Расскажи.
Почему бы и нет? От Стефана за двое суток внимания больше, чем от Виктора за месяц. И с информацией та же ситуация.
- Сидел в разных комнатах и считал, сколько звуков можно услышать. Выяснил, что в душе у холодной и горячей воды разный вкус. И запах. Горячая пахнет… эм. Серой?..
Удивительно, но Стефан все это слушает, внимательно вглядываясь в собеседника и неторопливо переплетая пальцы перед лицом.
- На втором этаже коридор узкий. Если ходить вот так, - Георгий прикрывает глаза и показывает на них, - то… на середине где-то скрипит половица. И еще на стенке есть… м, как это? Архитектурный шов. Хотя не видно.
- А как понял?
- Пальцам холодно, когда провожу по стене.
- Весьма продуктивно.
Что тут скажешь? Только плечами пожать.
- Вы оставили одного… ничего не запрещая. Простите. Мне слишком интересно.
Стефан коротко качает головой.
- Это не было иронией.
Серьезно?
- Не могу одобрить лишь того, что ты с закрытыми глазами бродил по дому в одиночестве.
- Только по коридору.
- Вот как…
Конечно. Он же не глупый, понимает, что, если упадет и получит травму, это принесет лишние проблемы. Помимо всех уже имеющихся. Хотя, кажется, Стефану от этого только интереснее.
- И как ощущения?
Георгий охотно кивает, жмурясь. Этого вопроса он ждал.
- Интересно. Мне кажется, если… нет, чем дольше ничего не вижу, тем обостреннее все воспринимается.
- Хочешь проверить?
- Да, пожалуй.
И этого предложения он тоже ждал.
Стефан встает, уходит и возвращается уже с чем-то, похожим на повязку. С ремнем и карабинами.
- Иди сюда. Это скорее для антуража, нежели серьезный атрибут.
А выглядит очень впечатляюще!
- Регулируется… как ремешок часов со скользящей пряжкой. Плюс два карабина по бокам. То есть один щелчок...
- Поэтому не серьезный атрибут?
- Поэтому. Ее легко свезти, если задеть. Да и держится она… наклони голову… держится скорее как украшение. О плечо можно снять.
- Понятно.
Ну уж украшением-то это Георгий не стал бы называть… но карабины под пальцами – чуть дальше висков – явно пластмассовые. И легко открываются. Если нажать.
- Понял теперь?
- Да, конечно.
Да он и раньше понял.
- Тем не менее, функцию свою выполняет.
Еще как. Ничего не видно. И чуть сладковатый запах кожи.
- Вперед. Запомнил расположение мебели в комнате? Можешь изучать.
- А вы проконтролируете?
- Естественно.
Так намного легче. Не думать о том, чтобы случайно не открыть глаза. Не думать о том, как бы не упасть. Просто двигаться аккуратно и неторопливо. Стефан предупреждает его дважды: когда на пути оказывается стол - углом, о который легко зацепиться, и когда до стеллажа с книгами оказывается полтора шага. А стеллаж – это много стекла и пара неровных стопок.
- Понял, - оба раза отзывается Георгий. Протягивает руку, осторожно подается вперед, нащупывая стекло. Подходит ближе. Ведет пальцами по корешкам книг, по распечаткам. – Мне кажется, раньше я не обращал внимания, что они… разные. М. Стефан…
- Да?
- У вас на полке пыльно.
Стефан смеется, кажется, даже слегка виновато.
- Боже. Пристыдил, гордись.
- Если хотите, я потом приберу.
Предложение остается без ответа. Под руку попадается что-то, похожее на карандаш, но остро пахнущее табаком. Георгий недоуменно крутит вещицу в руках.
- Мундштук.
- О… спасибо.
Вот почему такой острый аромат сигарет. Наверное, для съемок покупал…
- Джордж.
- М?..
- Оставлю тебя минут на десять. Тебе ведь так достаточно комфортно?
- Вполне, - кивает Георгий. К чему спрашивать? Да и повязку можно снять одним движением. Чуть сложнее, чем «открой глаза». К тому же изучением книг, разницы бумаги, ощущения пропечатанных букв под пальцами он увлекается настолько, что из задумчивости его выводит только негромкий стук пластика о стеклянный столик. И аромат кофе.
Конечно же. Стефан голодный, наверное… и все равно сначала его спрашивал о том, как провел день, потом только…
- Джордж, иди сюда.
- Да, конечно, - оборачивается он, ведя кончиками пальцем по столу. Для равновесия. И… так спокойнее.
- Молодец. Не торопись.
Доходит он практически ровно – столик мягко толкается под колено. Георгий и садится на пол – на ковровое покрытие.
- Ты совсем не обеспокоен. Потрясающе.
- Мне интересно. И… - пальцы слегка касаются карабина, - вы вряд ли рассердитесь, если мне захочется снять.
- Естественно. В любой момент.
- Поэтому, - пожимает Георгий плечами. Как Стефану объяснить, что с ним безопасно и спокойно? Он уже говорил – вопреки… вот такой он странный. Он, а не Стефан.
- Когда ты лишаешься какого-либо чувства, остальные обостряются в попытке компенсировать блокированный поток информации. Тебя привлекает то, что происходит со слухом и осязанием, верно?
Георгий кивает.
- Если продолжать блокировать то, на что ты ориентируешься сейчас, то оставшиеся органы чувств будут реагировать еще сильнее.
- М… понятно, - осторожно соглашается Георгий. Вот теперь – тревожно. Слегка. – А что вы хотите сделать?
- Слух.
- Я не буду вас слышать?
- Ты ничего не будешь слышать.
Не сглотнуть не получается.
- Но все остальное…
- Сможешь убрать в любой момент. Позволь, поясню. Я уберу слух, дам тебе немного времени привыкнуть. И мы проведем небольшой эксперимент.
- М… какой? – осторожно интересуется Георгий. – То есть… вы можете рассказать, или я не должен знать?
- Попробуешь привычную тебе пищу. Вот так. Без зрения, без слуха.
Совершенно нестрашно звучит. Наверное, его хотят угостить кофе и… что Стефан ест? Что-то, похоже на бутерброды?
- Ладно. Есть еще что-то, что я должен знать?
Стефан коротко посмеивается – снова.
- Как обычно. Следи за своим состоянием – помимо того, что слежу я. Схема та же. Говорить впрямую о своем состоянии, если резко что-то изменяется – приветствую. Готов?
- Да, конечно.
«Готов» - это его обычное уже состояние. Стефан поднимается, подходит вплотную, со спины, проводит по вискам, по коже за ушами. Георгий даже не сразу понимает, что стало необычно тихо.
Абсолютно тихо. И что-то мешает… как тяжелые наушники.
- Ничего себе, - вполголоса произносит он. Собственный голос звучит глухо и отстраненно. – Стефан? Вы ведь здесь, верно?
По макушке почти сразу проводят ладонью, слегка нажимая.
Все равно тревожно, неуютно, не так.
- Это хуже… чем когда я только закрывал глаза, - облизывает Георгий губы, получается немного рвано и поспешно. Не зря же Стефан теперь держит его за плечо. – Нет. Я… мне неуютно. Ничего. Сейчас… должно пройти?
Просто держат за плечо. Наверное, чтобы не рванулся. Все же столик рядом – стеклянный.
Попробовать дышать поглубже? И помедленнее. Раз. Два. Три.
- Нормально, - произносит Георгий, чувствуя, как его второй рукой поддерживают под затылок. – Почти нормально. Можно отпустить… наверное. Я знаю, что вы рядом. Верно?
Пожалуй, если бы он мог слышать, он бы услышал сейчас ставшее уже привычным «верно».
Но все равно тревожно. Под пальцами стеклянная поверхность столика невообразимо холодная.
- Я попробую… постучать, - рассказывает Георгий, даже неизвестно – больше Стефану или себя старается успокоить. – Так странно. Такой перепад температуры… где стекло… и ковер. Стефан?.. Надо сказать, что чувствую?..
Снова перебирают прядки на макушке. Это неожиданно щекотно, потому он непроизвольно встряхивает головой со смешком.
- Нет-нет, все нормально… я… мне кажется, что я потерялся. Страшно… нет. Тревожно. Стефан?.. Вы хотели… эксперимент? Давайте попробуем?
Под пальцами стекло слегка вибрирует. От передвинутого подноса, - понимает Георгий и почти торжествующе улыбается. Оказывается, в таком состоянии тоже получается кое-что угадывать.
- Стефан, так странно… словно кончики пальцев покалывает. Забавно, - произносит Георгий, чуть наклоняя голову. – Стефан, а можно руками есть?..
Смешно и странно. Но тревоги от этого становится совсем немного.
А по виску пару раз несильно стукают. Подначка или одобрение. Ловят за запястье, под пальцы пододвигают тарелку. Георгий медлит.
- На ней что-то лежит… что нужно попробовать? М… арпомат кофе все перекрывает, не могу угадать! – шутливо жалуется он. Осторожно ведет по предложенному объекту эксперимента кончиками пальцев. Скорее всего, кусок сыра… кстати, острый. Солоноватый. Сыр бывает соленым?.. Забавно. Яблоко. На контрасте с сыром… сладко. – Стефан, а это вкусно… яблоки с сыром. Что-то еще?
Руку разворачивают ладонью вверх, вкладывая пластиковый контейнер.
Здорово, еще одна загадка.
- М… джем или кетчуп? Вы же мне не горчицу дали, да? – осторожно тянет за край фольги Георгий. Наверное, она шуршит или похрустывает. Но пробует он все равно очень аккуратно. Облизывается. – Джем. Черника?.. Нет. Смородина? Стефан, а у вас сыр остался?..
Наверное, это было довольно нахально, и Стефан сейчас смеется. Или улыбается. Но, между прочим, джем с сыром – это вкусно. Даже если ничего не видно и не слышно, и вокруг – только темнота и тишина. В ней не страшно. Потому что рядом тот, кто это все контролирует.
Звуки оказываются оглушающими, Георгий даже головой встряхивает от неожиданности, когда необычные наушники с него снимают.
- Я почти привык.
- Когда освоишься, снимай повязку. Не вскакивай, голова может закружиться.
- Хорошо, - почти сразу тянется он к карабинам, жмурится на свои испачканные в джеме руки. – Вам было интересно?
- Вполне.
- Вы довольны?
Стефан хмыкает, отбирает у него из рук кусок сыра с джемом.
- Действительно, вкусно… да, молодец. Страх – это нормально, помни это. То, что я твой гарант безопасности, - ты уже сам понял. Чтобы я не делал – это безопасно для тебя.
- Понятно, - осторожно кивает Георгий. – Не вырываться… верно понимаю?
- Верно. Тот случай, когда у тебя не будет возможности вырываться из-за жесткой фиксации, рассматривать не будем. Не твой случай.
- «Не мой» обозначает… - полувопросительно тянет он. Хочется прижать костяшки пальцев к губам, прикусить.
- Обозначает, что я не стану так делать. Но в порядке демонстрации ты должен быть готов к такому варианту. Исключительно в порядке демонстрации того, насколько ты способен довериться моим действиям.
- Не совсем понятно. Но… попробую? Если необходимо?
Стефан еще и кофе к нему пододвигает. Черный, без сахара. На контрасте с сыром и джемом… тоже очень вкусно.
- Было бы интересно остаться без зрения гораздо дольше? Несколько часов, Джордж?
Чашка, кстати, теплая и довольно приятная на ощупь.
- Интересно. Но при этом не слышать… мне сложно.
- Ни в коем случае. Это был эксперимент.
Если только зрение… Георгий уверенно кивает. И жмурится. Как-то приятно, когда им довольны.


«Несколько часов», - предложил Стефан.
Но не упомянул, что в эти несколько часов планирует взять его с собой на съемочную площадку.
- С одной стороны, гораздо больше разных звуков. Тебе будет интереснее, - рассказывает ему мужчина, регулируя ремешок. – С другой…
- Оставлять меня одного вам уже не необходимо?
- Тоже верное замечание. Я дал тебе время освоиться и привыкнуть к изменившемуся статусу.
- М. Я помню, что… принадлежу теперь вам.
Сложно не запинаться. Наверное, со временем придет и это умение.
- Стефан… можно вас спросить?
- Сколько угодно.
- О Викторе.
- Ответ не гарантирую, сам понимаешь. Но спрашивать не воспрещаю.
- Соскучился, - признается Георгий, сдвигая из-под ремешка прядь на виске. – По Виктору и Миле.
Вместо ответа слегка встряхивают за оба плеча. Очень так… подбадривающее.
- Яков взбесился и прикрутил все вольности своим актерам. Я пока не провоцирую. Потерпи, старика дольше недели ни разу не хватало, - если верить интонациям, Стефан сейчас ухмыляется, а не улыбается. Конечно. Стефан доволен собой… только зачем ему Георгий? Зачем учит странным, хоть и забавным вещам? Расспрашивать не очень хочется. Но если чуть-чуть…
- Вы… м, как это… уели Якова Фельцмана, да?
- Еще как, Джордж. А теперь дай руку. Иди за мной. Приемлемо?
Георгий чуть приподнимает уголки губ в улыбке.
- Да, за вами легко идти… как даме руку подаете.
- Хорошо, попробуем иначе, - соглашается Стефан. Придерживает за плечо. Идти становится сложно.
- Так намного труднее.
- Что и требовалось доказать… нужно много степеней свободы, тогда ты действуешь строго по требуемому алгоритму. Потрясающее ты мое приобретение.
Стефан, оказывается, тоже подначивать умеет. Ну да не он один! А у Георгия Кристоф в анамнезе.
Георгий фыркает, не удержавшись, и изображает куртуазно-высокомерное раскланивание, ориентируясь на голос.
- Лучшее приобретение, еще скажите.
- Джордж!.. Но мне определенно нравится, как ты спокойно себя чувствуешь.
- М… слишком дерзко? Прошу прощения.
- По грани, но великолепно. Идем.
Все равно – забавно. Даже то, как на макушку снова ложится ладонь, не давая стукнуться: все же сесть в машину с закрытыми глазами – та еще задача! Сложная. Пока не попробуешь, и не скажешь – насколько. Равно как и обратная… впрочем, его движения снова корректируют. И правильно делают – точно бы стукнулся.
- Ну что ж, идем? – Стефану весело. Весельем заражается и Георгий. Его так и будут вести, да?! Черт. Ну весело же! Правда, весело.
- Стефан! Ничего себе… кого ты нам привез? Мы его сегодня снимаем?
И ведь Стефан откровенно доволен тем впечатлением, которое производит его…. Как он высказался? Приобретение? Все нормально. Надо улыбаться. Все нормально…
- Нет, его – нет. Для Джорджа это – тренировка.
- Твое сокровище? Подо что тренируешь-то?
- Секрет фирмы.
Ничего. В конце концов, с глаз повязку можно снять в любой момент. Отнестись к этому как… к игре. Сыграй. Как перед камерами. Георгий чуть поднимет голову, пытаясь улыбнуться.
- Стефан… ступенек ведь нет?
Глупый вопрос, но это первое, что приходит в голову из желания привлечь к себе внимание.
- Не волнуйся. Предупрежу.
Становится полегче.
Немецкую речь он не понимает, но его имя пару раз проскакивает. Интересно, что про него говорит Стефан своим помощникам? Вокруг столько звуков… запахов… намного интереснее, чем быть одному в доме.
- Оу. Какой красавчик… Стефан, познакомите?
Звонкому женскому голосу Георгий улыбается пошире. Видимо, верно реагирует – ему слегка сжимают пальцы. Одобрение.
- Джордж. Беатрис, Бет.
- Постараюсь запомнить по голосу, - кивает Георгий. – Здравствуйте.
- А в честь чего красавчик с таким украшением? По виду нашего мессира не скажешь, что ты что-то натворил…
- Из меня опять делают чудовище. Бет, не нервируй мне модель! Тренировка. Кстати… - руку Георгия отпускают, что делать – непонятно, разве что сцепить пальцы в ожидании? – Кстати, Джордж у меня – удивительно контактный и общительный, можете погулять с ним, пока кто-то сейчас будет слушать от меня про до сих пор не готовые декорации…
Оказывается, женщина по имени Беатрис рядом со Стефаном не одна – смеются несколько человек. Актеры… модели Стефана?
- О, тебя можно трогать? – интересуются от левого плеча. Мягче, ниже. Но Георгий слегка растерянно молчит. А можно ли? – Стефан?..
- Можно взять за руку и погулять. Остальное – как он позволит, - быстрее и не так рассеянно информирует Стефан. – Джордж. Оставляю тебя на эту компанию. Ребята в курсе, чему я тебя учу.
Действительно… а чему на самом деле?
- Мне слушаться их?..
- Если хочешь, пообщайся. Ты пока подстроился только к моему шагу, потренируйся с ними. Если сложно…. Так. Кто у меня самый вменяемый?.. отвести парня в сторону, посадить в тихий угол, остальное он контролирует сам.
- Ух ты, - восхищаются от левого плеча снова. – Мессир, колитесь, ну не под съемку ж его готовите…
- Разговорчивые все, - ворчит Стефан. Откровенно незло.
Ничего себе у них атмосфера.
По плечу аккуратно похлопывают.
- М… да?
- Пользуюсь случаем и общаюсь, - хмыкает кто-то еще, смеявшийся с девушками. – Потом шанса не будет… Стефан предложил с тобой погулять. Хочешь? В пределах павильона.
- М… да. Только не очень быстро, - соглашается Георгий. Не очень доверчиво опирается на подставленную руку.
Шипованый браслет?..
- Можно вопрос?
- Давай, красавец.
За Стефаном идти гораздо проще. Кто-то из девушек перехватывает его под локоть и кружит вокруг себя.
- Антураж, или?..
- Или, - отвечает ему девушка. Не обладатель браслета. – Слу-ушай, как ты двигаешься…
- М?
- Ты танцуешь?
- Эм… - Георгий озадаченно останавливается. Наверное, изобразить он может. Поднимает руки, предлагая поднырнуть в объятия. – Только, наверное, буду сбиваться… - указывает он на повязку.
- Ничего, - уверяют его, подталкивают в плечо, понуждая изобразить что-то, похожее на вальс. Кружатся под рукой.
Он умеет открывать вино и наливать его – так, как нужно, правильно. Кажется, он умеет танцевать. Он умеет стрелять из снайперской винтовки…
- Тебе нехорошо?
Действительно, не стоит останавливаться и вздыхать так неожиданно.
- Да… кажется… перегрузка? – как бы объяснить, чтобы поняли...
Объяснять не требуется
- Черт, Стефан же сожрет!.. Он сказал, ты контролируешь. Что нужно сделать?
- Если можно, где-то сесть. Чтобы не мешать.
- Точно контролируешь? – интересуется кто-то, он из-за общего гула не может понять, кто. – Джордж?.. Позвать Стефана?
Георгий качает головой, забираясь на то самое похожее на спортивные маты оборудование. Откидывается на руки, опираясь ладонями за спиной. Очень старается вежливо улыбнуться.
- Нет-нет, все в порядке. Ее же о плечо стянуть можно… - коротко указывает он на повязку. – Много информации. Нужна пауза. Я… понятно объясняю?
- Идеально. Сразу видно, кто наставник и куда готовит.
Кто – понятно.
А куда?..


- Садись, - распоряжается Стефан, кивком показывая на диван. – Закрой глаза.
Георгий кивает дважды, выполняя.
Тихий щелчок заставляет насторожиться. Но за секунду до того, как он понимает, что это...
…совсем рядом гремит выстрел. Его подбрасывает, отталкивает в сторону раньше, чем он понимает, что делает. С пола уже смотрит на Стефана округлившимися от шока глазами.
Стефан хмурится и качает пистолет в руке.
- Плохо.
Что именно – плохо, Георгий не понимает. Но с пола поднимается, непроизвольно отряхивает колени.
- Прошу прощения.
Стефан цыкает, качает головой.
- Слишком хорошие рефлексы… мне нужно, чтобы ты не вздрагивал, когда над ухом стреляют.
- О, - произносит Георгий. Утирает и без того пересохшие губы. – Стефан…
- М?
- Попробуем еще раз?..
- Попробуем. Но я надеялся, что ты не дернешься без дополнительных мер… плохо. Хотя, как реакция профессионала – великолепно.
Что в итоге – плохо или великолепно, совершенно непонятно. Только остается, что подойти и закрыть глаза.
- Мне стоять? Сесть?..
Разворачивают за плечи. Щелкает за левым плечом. Выстрел гремит за правым. На сей раз Георгий успевает пригнуться – и вспоминает, что нельзя. Выпрямляется, оглядывается.
- Давайте еще раз?.. Ммм. Пока не привыкну?..
- Да пуль-то мне не жалко, пола тоже… - соглашается его раздосадованный собеседник. – Но какие рефлексы! Давай иначе. Ты знаешь, что я буду стрелять. Следи за мной. Жди выстрела. Я никогда не выстрелю в тебя. Но ты следишь за мной. Ну же, снайпер. Закрывай глаза. Где я?..
«Снова слева», - хочется ответить Георгию. - «Но стрелять будете…»
Выстрел гремит справа. Снова.
«Я же знал».
- Отлично. Джордж?
- Я угадал. Давайте еще раз?..
- Сколько угодно.
Слева, справа. Практически за спиной. И – как финальный аккорд – почти под подбородком. Как только Стефану удается неслышно завести руку так близко?
Георгий не двигается. Выгибает губы в усмешке.
- Почти все угадал.
- Отлично. Если я говорю закрыть глаза и следить, что ты делаешь?
- Жду выстрелов.
- Еще.
- Не двигаюсь.
- Молодец.
Наверное, Стефан предупреждает свою охрану, потому что ни днем, ни вечером на выстрелы никто не приходит, никто не интересуется, что у них происходит. Стефан выглядит сосредоточенным и довольным.
- Нужно что-то делать с твоей одеждой… но сегодня уже не катастрофично.
- А что будет сегодня?
Ему действительно интересно. Прошло не больше недели, но кажется, что многим больше месяца. И все эти странные вещи, которым его учит мужчина…
- Небольшая частная вечеринка.
«А причем тут я?» - приподнимает брови Георгий, но молчит.
- Пойдешь со мной, - информирует Стефан, ухмыляясь краем рта.
- Добавить красоты миру? – вспоминает Георгий, как переодевались дома Виктор и Мила. Когда Виктор впервые попросил своего любовника присмотреть за проблемным коллегой.
- Именно. А на контрасте со мной – очаровать мир красотой.
Со Стефаном хочется лениво поспорить – но почему-то в том, что он и на частную вечеринку может прийти в черной футболке и кожаной куртке, верится легко.
- Во обо мне слишком хорошего мнения.
- Отнюдь нет. Тебе идет косметика. И она не делает тебя женственным. Опасным и соблазнительным – да.
Не такие комплименты хотелось бы слушать в свой адрес… но Георгий кивает.
- Что мне нужно будет сыграть?
А Стефан уже смеется. Не ухмыляется.
- Нет, нет, ничего. Ключ – тебе знакомо понятие, верно? отлично! – скромное поведение при совершенно несоответствующем внешнем виде. Не представляешь, скольких людей это… будоражит.
- Не хотелось бы… чтобы трогали.
Стефан резко перестает смеяться.
- А этого я не дозволял. Хочешь, конечно, - позволь… в пределах разумного. Но я не разрешал тебя трогать. Нечего.
- Мне так и отвечать?
Отчего-то жесткий взгляд и усмешка успокаивают. Правильные они. Такие, как надо. Как хочется видеть.
- Именно. Тебе так и отвечать.
Стефан не лжет, говоря, что косметика собеседнику идет. Георгию остается только терпеливо ждать, пока на нем пробуют несколько вариантов. Стефан дважды качает головой.
- Вызывающе. Доступно. Не то, нет. Боже… как объяснить?
- Да уж постарайтесь! – ворчит гример.
- Хорошо. Виктор. Помните его с длинными волосами?
- Ангел. Сделать вам синеглазого ангела?..
- Боже, нет! – отмахивается Стефан снова. – Суккуб, ангел, демон, порок, невинность… Виктор. Соблазн и требование покаяться.
- Католическая церковь много теряет в вашем лице.
- Сами выгнали…неважно. Джордж. Инкуб. Отражение того, что люди так тщательно прячут за маской стыдливости. Идеально скромное поведение и внешность воплощенного греха. Не доступность, нет. О, придумал. Преклонение. Так, чтобы если он ухмылялся, было страшно. Так, чтобы если стоит спокойно, была полная иллюзия подчинения. Падший ангел, если хотите. Кстати, эту идею я обдумаю…
- Идите и обдумывайте. Мне заранее нравится. Значит, иллюзия и прорывающаяся из-под маски греховность…
- Боже. Дошло?!
- Стефан, совести у вас нет.
- Стыда, чести и прочих атавизмов.
- Парень вас слушает и каменеет. Впрочем, я тоже.
- М? – притормаживает Стефан в шаге. – Джордж?..
Георгий осторожно качает головой.
- Мне нравится, правда, - уверяет он. – Действительно не надо играть?
- Не надо. Ключ – именно твое поведение и разлом на контрасте с внешностью.
- Как скажете, - соглашается он с сомнением. Как говорят, «начальству виднее». Начальство, кстати, успокаивается и садится рядом, не мешая колдовать гримеру и что-то закрепляя на рукаве пиджака Георгия.
- Что вы делаете? – любопытствует он, краем глаза пытаясь подсмотреть. Похоже на украшение из системы небольших брошек и цепочек меду ними.
- Аксессуар.
- М. На втором также будет?
Стефан посмеивается.
- Нет, только справа. Ну-ка, наблюдательный мой, вспоминай…
Георгий честно хмурится.
- На правой руке у вас был… аналог фиксатора, когда окружающие ошиблись с определением вашего статуса. Это?
- Молодец. Но с определением твоего статуса ошибиться не должен никто. Поэтому только правый рукав. Не мешает?
Цепочки немного задевают кожу руки, но это скорее забавно, чем мешает.
- Нет. А… ммм…
- Предвкушаю нестандартный вопрос.
Какой тут вопрос, когда просто приказывают замереть и терпеть контур на губах. И не улыбаться! Так что Георгий ограничивается тем, что показывает на свой воротник. Или на шею. Как посмотреть.
- А так хочется?
Пожать плечами в ответ – самое нейтральное. Не хочется. Но так надо, наверное? Он не против. Самое точное определение. Не против культурного варианта. Правда же?..
- Сделаем. Галстук – это скучно…
Кажется то, что в руках у вернувшегося Стефана, больше всего напоминает широкий шелковый шарф. И Стефан намурлыкивает что-то, по мелодии напоминающее его инструментальные предпочтения… то, что звучит с басами на съемочной площадке. Георгий прикрывает глаза.
- Что такое?
- Слушаю, - отзывается он через секунду. – Кажется, теперь я буду слушать музыку только с закрытыми глазами.
- Весьма интересно.
- Пока я был на площадке… где вы меня оставили… мне было интересно. Я пытался закрыть уши, чтобы не слышать.
Стефан тихо присвистывает, но не комментирует.
- Не слышать музыку, голоса людей. Оставались басы. Казалось, что они… похожи на волны. Им все равно, слышу я или нет. Они просто есть.
- Занятное наблюдение.
- Мне понравилось.
- Радует, - соглашается Стефан. И разворачивает его к зеркалу.
…Интересно, у всех людей, которым он в руки попадает, практически фетиш на том, чтобы накрасить ему глаза?.. «Выразительный». Ну как скажете. Георгий облизывается и смотрит в отражение зеркала – на Стефана.
- Отлично. Но не злоупотребляй. Да, еще. Никакого алкоголя, кто бы не предлагал. Говоришь, что я запретил. Если так хочется, я тебе потом налью любой, но сегодня избавь меня от неожиданностей.
- Не хочется. Если… если только с вами.
Стефан неожиданно весело и громко фыркает.
- Так, меня уже соблазнили!.. Джордж. Помни про ключ.
Георгий покаянно вздыхает и демонстративно опускает взгляд к полу.


Небольшая частная вечеринка?
Очаровать на контрасте?
Георгий оглядывается и думает, что Стефан в черной футболке выглядит едва ли не более неподходящим этому сборищу, нежели он – с накрашенными глазами, со странным украшением на обшлаге…
- Мда. Знакомься. Потребители контента, который не категории «эстетик», - тянет Стефан с оттенком сарказма.
- Дарк-сайд?
- Оно самое. Меня и моих актеров боготворят и ненавидят. Иногда пробуют повторить. Иногда успешно, иногда нет. Богема клубной компании… о, да, и вам доброго вечера, - не меняя интонации, широко и вполне благожелательно сияет Стефан ухмылкой. – О чем там я?.. Богема. Но я на них работаю. А с того, что они мне платят – на себя.
- Эстетик?
Стефан жмурится. Неторопливо кивает.
- А вы их тоже ненавидите?
Краем глаза Георгий замечает, как Стефан пожимает плечами.
- За что ненавидеть потребителей?.. Ненавижу необходимость время от времени появляться вот на таких… хм… мероприятиях. Раньше забавляло, теперь наскучило. Где бы тебя оставить…
Это не нравится совершенно.
- Оставить?
- Оно тебе надо лишний час любоваться на этот маскарад? Оно тебе не надо. Идем.
Оставляет его Стефан в итоге на балконе. Говорит ждать, не бояться ни черта, ни четырех всадников апокалипсиса и всех отправлять прямым адресом к нему. Такое ощущение, что любому из всадников Стефан обрадовался бы больше, чем протянутому бокалу шампанского.
- Спасибо. Сейчас присоединюсь. О, да. Моя модель. Пусть здесь побудет. Потому что я так сказал. Джордж?..
- Да?
- Конспективно основные пункты изложи-ка мне.
- Никого не слушать, ждать вас здесь, алкоголь не брать, можно разговаривать на светские темы, если что-то не так, отправлять всех, в том числе четырех всадников апокалипсиса, к вам.
Стефан ухмыляется и салютует бокалом, выливая шампанское за ограждение балкона.
- Спасибо, настроение улучшилось.
Кстати, от этого легче дышать становится и Георгию.

- Джордж.
О, за ним все же вернулись? Георгию, кстати, вполне уютно было на аналоге мраморной скамьи роскошного балкона-веранды. Но он встает сразу же, как только ловит серьезный и сосредоточенный взгляд.
- Молодец. Что ж. Сыграем. Закрывай глаза. И не открывай, пока я не разрешу. Следи за мной. Помнишь, что это значит?
- Ждать выстрелов.
- Почти. Не совсем то, что ты уже слышал.
- Да, вы не брали свое оружие.
- Очень похоже. Громкие щелчки. Справишься?
Интересно, это что – револьвер? Что может стрелять как «громкие щелчки»? Тем не менее Георгий улыбается и протягивает руку. Не здесь ведь? А глаза уже приказано закрыть.
- Молодец, - хвалит Стефан. Слегка тянет за собой. – Ах да, черт. Попробуй справиться. В режиме строгого протокола.
Об этом никто не предупреждал…
Он даже пытается замедлить шаг. Стефан позволяет. Совершенно спокойным тоном информирует, что ступенек нет. Так, словно ничего не происходит.
- Хорошо, стой здесь.
Кажется, вокруг много людей. Слух обостряется, обоняние тоже. Духи. Много оттенков. И много… шепота. Не всегда английский. Немецкий. Итальянский. Стефан понимает оба языка?
И что он хотел сказать…
- Стефан, а как зовут вашу модель?
- Джордж.
Он слегка поднимает голову, вслушиваясь.
- Для чистоты эксперимента можете проверить – именно моя модель около недели.
- У Фельцмана отобрали, - комментируют с другой стороны. Стефан посмеивается. Очень зло.
- Я алчен и отбираю все, что мне приглянется. Но справедлив и потому готов компенсировать расходы пострадавшей стороны.
Что вообще происходит? Странное чувство. Почти как на подиуме в первые дни. Только тогда его буквально спас Кристоф…
…а сейчас и спасать не нужно. Ему велено всех отправлять к Стефану. Злому и саркастичному сейчас Стефану, который даже всадников апокалипсиса ни во что не поставит, если ему не интересно.
За локоть то ли придерживают, то ли хотят повести. Георгий слегка наклоняет голову.
- Поскольку у меня не было возможности поработать с тобой над терминологической базой, то поясню сейчас и тебе тоже, - лениво усиливает немецкий акцент в английской речи Стефан. Георгий уже привык, а вот окружающим, кажется, слегка неловко. Отчего-то это радует. – То, что сейчас происходит… geistige Knechtschaft… сейчас поясню, ммм, досада, иногда я тоже не могу подобрать перевод.
Стефан злится? Нет, серьезно? Раздражен?
- Все, что удерживает Джорджа в состоянии частичной сенсорной депривации – мой приказ закрыть глаза. Все, что будет удерживать его дальше на месте – мой приказ не двигаться. Ничего больше. Даже символически. Даже в виде угрозы наказания – страх ведь очень мощный мотиватор? Так вот, если Джордж откроет глаза – ничего ему не будет. Если откажется стоять, где покажу – аналогично. Потому что это моя модель, а не моя собственность. Это понятно?
- Стефан, вы много говорите. Из-лиш-не.
- Чтобы второй раз эта тема не поднималась. Это скучно. Итак… начнем, пожалуй. Джордж?
Черт. Просто молчать? Ответить, но как?.. И эта оброненная фраза…
Стефан говорил, не надо играть.
Только это совершенно невозможно. И Стефана называли…
- Да, мессир?
Окружающее море шепотков захлебывается, давится. А Георгию чуть сжимают локоть.
- Сейчас мне нужно будет, чтобы ты некоторое время не двигался.
- Как скажете, мессир.
Даже когда смеется… Стефан сейчас раздражен. Слегка подталкивает.
Идти вперед? Пока не останавливают.
- Для чистоты эксперимента, повторюсь. Джордж. Сейчас откроешь глаза. Смотришь перед собой. По сторонам или на меня – нельзя. Только на то, что будет перед тобой. Понятно?
- Да, мессир.
- Вперед.
Свет уже привычно яркий. Георгий прикрывает глаза ладонью. Смотреть только ан то, что перед ним? Кхм… это похоже на какую-то из тех конструкций, который он видел у Стефана на площадке. Но она стоит. А не качается под потолком.
- Знаешь, что это?
Откуда бы ему…
- Название – нет. Прошу прощения.
- Ничего. Для чего предназначено?
- Чтобы удержать на месте? – полувопросительно произносит Георгий, борясь с желанием обернуться и посмотреть на реакцию. Глаза уже можно закрыть? Слишком сильный искус.
- Верно. Но ты будешь стоять сам.
По загривку ползет холодок. Надо было спрашивать, насколько может быть больно… для чего это все используется, он прекрасно помнит. По тому самому сайту, который Стефан открывал и оставлял планшет.
- Закрывай глаза.
Секундное облегчение – не видеть.
- Руки подними. До верхней перекладины.
Пальцы натыкаются на металлическую вставку. Хочется отдернуть, отшатнуться. Но ведь пока ничего не… не происходит. Стефан молчит, не торопя – металл похож на слегка потертые полоски. Тяжелые. Похоже на то, что прижимало его… нет. Тогда тоже держал только сам Стефан.
Подсказок больше нет, а хотелось бы! Георгий вздыхает и аккуратно прижимает к металлу запястья.
- Молодец.
Угадал. Ну отлично.
- Стефан, вы вообще уверены? Рванется – угробите себе парня…
- Это к чему вопрос? Я уверен.
- К тому, что хоть руки зафиксируйте.
Холодок от загривка выплескивается, заставляя передернуть плечами. А Стефан крайне ехидно хмыкает.
- Еще чего.
- Стефан, ты псих. Убьешь же его. Прилюдно!!
- Джордж, стой спокойно. Если хочешь, следи за мной. Давайте вашу игрушку, что ли…
Что-то, выстрелы из чего похожи на громкие щелчки. Вряд ли пистолет. И для снайперской винтовки маловато места. А может, арбалет?.. Стефан же потом скажет? Или покажет?..
А вокруг – такая тишина, что начинает казаться, что это действие тех необычных наушников. Тишина и ти-ихое намурлыкивание мелодии. Следить, правильно? Справа, слева?..
Вот только сначала он слышит резкий свист. И только потом – резкий щелчок над ухом. Не удерживается, чуть отдергивает голову в сторону. Но уже после щелчка.
- Стефан, прекратите!..
А почему на Стефана кричат? Стоп, испуганно?..
Стефан хорошо стреляет. Правда, не пахнет порохом или гарью. Все-таки арбалет, да?
- Нет. Этот фарс мне слишком наскучил. Я покажу еще раз. И больше не желаю слышать ничего, касающегося замешанной на постоянном приучении к боли дисциплине. Не в свой адрес, по крайней мере.
Свист. Щелчок. С другой стороны. И что-то мажет по воротнику, по плечу. Как толчок или лопнувшая струна, только очень большая. Неприятно как-то.
- Показать в третий раз?
Тишину прерывает шквал. Кажется, у Стефана теперь требуют прекратить. Забавно. Из чего же он стреляет?.. над плечом не осталось стрелы.
- Тем не менее, я покажу.
- Стефан, вы еще более…
- …более, чем меня обвиняют.
Неторопливые шаги.
- Молодец. Теперь развернись ко мне лицом. Не открывай глаза.
Но руки-то можно опустить?
- На колени.
Кхм. Кстати, он же садится на корточки рядом.
- Запрокинь голову. Насколько возможно… так даже слишком сильно. Приоткрой рот. Не очень вкусно, но подержи немного. Не сжимай сильно зубы, чтобы я легко ее выбил. Знаешь, ты потрясающе эстетично смотришься с белой розой в зубах…
Ах, эта мерзость - белая роза?! И он «эстетично смотрится»?! Георгию почти смешно. Почти – потому что Стефан сказал «выбить», а значит, тем более шевелиться нельзя.
- Молодец. Замри. И не сжимай сильно зубы.
Легко сказать – замри и зубы не сжимай. Считать от пятнадцати до одного. На счет «один» будешь свободен…
…на счет «десять» раздается свист.
На счет «девять» из слегка сжатых зубов буквально выдирают цветок – куда-то в сторону, разве стрела так сможет?!..
На счет «восемь» Стефану начинают аплодировать. Георгий поднимает голову, но не встает.
- На этом, полагаю, весь непродуктивный диалог о моей работе закончим. Наслаждайтесь готовой продукцией, прошу. Оставьте процесс создания профессионалам.
С пола он поднимается, стоит Стефану слегка потрясти за плечо.
- На сегодня достаточно. Мы уходим. Кстати, можешь открыть глаза.
Привычно слепит. Чем Стефан занят, пока он прикрывает глаза, привыкая к освещению, не очень видно. Что-то… сматывает? Вокруг действительно… довольно много людей. Тот самый «маскарад».
И Стефан больше не раздражен.
- Нужно еще время? Нет. Отлично. Идем.
Кем, интересно, нужно быть, чтобы прийти на светскую вечеринку богемы в футболке и джинсах и заставить себе аплодировать? Заставить провожать молчанием?..
Георгий не в первую секунду замечает, что в руках у Стефана нет ожидаемого арбалета. Зато на плече висит свернутой жутковатой смертельной змеей длинный кнут.
Ох, черт.
запись создана: 18.04.2017 в 19:44

@темы: авторская проза, Yuri!!! on Ice

URL
Комментарии
2017-04-23 в 15:55 

Ini-san
кофе надо пить, а не курить (с)
что-то мне подсказывает, что кнут здесь - только начало...

2017-04-23 в 18:40 

Тайо
Мяу, высказанное словами, не есть истинное мяу.
Под свои цели ж учит. )

URL
   

Кошачий чай и кошкины чаяния.

главная